Roman (rem_lj) wrote,
Roman
rem_lj

Unseen Academicals-37




"Мяч переходит к… кто это? Номер 64, о, да, это разносторонний профессор Бенго Макарона, который, согласно новым правилам, выполнит так называемый свободный удар с того места, где произошло нарушение… Да, вот он приближается, Бенго Мака… извините, профессор Бенго Макарона, Невидимые Академики, и… ох, ничего себе! Мяч летит прямо к воротам, на небольшой высоте, издавая шум, словно куропатка (проверить в "Летописях Природы", корректно ли моё сравнение). Мяч бьёт мистера Чарли "Здоровяка" Бартона прямо в живот с такой силой, что вратарь влетает в сетку ворот! Ну и зрелище! Кажется, это гол! Один гол, и это как минимум, полагаю! Зрители вскакивают на ноги, хотя, формально говоря, большинство из них и так смотрит матч стоя [Вильям записывал всё очень добросовестно, проявляя хорошо известное стремление журналистов передавать события с максимальной точностью]. Да, зрители ликуют, приветствуя героя событий, и с уст болельщиков Академиков несётся их фирменная речёвка: "Один Макарона, ты один такой, Макарона, один Ма-ка-роона"[21]. Нет, нет, события развиваются: Макарона подошёл к краю поля и, размахивая руками, втолковывает что-то толпе. Кажется, он произносит пылкую речь. Те, кто его слышит, выглядят смущёнными".

В этот момент один из ассистентов редактора подбежал к нему с подробным донесением о событиях на другом конце поля. Де Словье быстро записал, надеясь, что позже сумеет разобрать изобретённую им самим скоропись:

"С очаровательной горячностью, столь характерной для южного темперамента коренных коленийцев, профессор Макарона, похоже, настаивает, что речёвка должна включать его имя целиком, а также полный список титулов, которые он даже готов написать на бумаге, чтобы помочь болельщикам правильно петь. Тем временем у ворот Юнайтед наблюдается некоторое замешательство. Товарищи Чарли Бартона помогают ему искать потерянную трубку. Кроме того, просочились сведения [редактору "Таймс" очень нравился глагол "просачиваться"] что кое-куда просочился свиной пирог, который Чарли ел, когда случился голевой момент. Подобно многим из нас, вратарь недооценил скорость, с которой может лететь новый мяч.
Так, мяч снова установлен в центр поля и там, похоже, разгорается очередной скандал".

- Но они же только что забили гол! – возмущался мистер Хряккетт.
- Совершенно верно, - пропыхтел уже притомившийся бывший Декан. – Это значит, что следующий удар из центра наносят они.
- Это значит, не мы! А ведь нам только что забили!
- Да, но таковы правила.
- Так нечестно! Мы требуем наш удар, потому что последний удар был за ними.
- Дело не в ударах, мистер Хряккетт, а в их успешности.
К мячу подбежал Архиканцлер Чудакулли. И с разворота пробил в сторону собственных ворот!
Редактор лихорадочно записывал:

"Почти вся команда Юнайтед бросилась к воротам противника, чтобы воспользоваться этим промахом, видимо, допущенным в результате некомпетентности [это слово редактору тоже очень нравилось, оно звучало гораздо лучше, чем просто "ошибка"], однако знаменитый Библиотекарь Невидимого Университета…

Он прервался, схватил за плечо одного из своих ассистентов, только что принесшего полный список титулов Бенго Макароны, и толкнул его на своё место:
- Записывай каждое моё слово! – выкрикнул Вильям. – Я надеюсь, твой почерк разборчивее моего, а если нет, завтра утром будешь уволен! Господи, это безумие!

"Он это нарочно, готов поклясться, что нарочно. Он послал мяч прямо собственному голкиперу, зная, что экстремальная сила рук обезьяньего тела, в котором пребывает Библиотекарь, позволит тому швырнуть мяч обратно практически через всё поле. И вот профессор Бенго Макарона, ранее не замеченный противником, несётся вперёд, словно ракета, как раз в тот момент, когда игроки Юнайтед покинули свою цитадель, подобно невезучим Маранидам во время первой Продостианской войны [редактор очень гордился своим классическим образованием]".

- Никогда не видал ничего подобного! – возбужденно заорал Вильям прямо в ухо своему почти оглохшему ассистенту. – Они заманили Юнайтед в ловушку!

"Итак, Макарона. Ведёт мастерски, мяч словно прилип к его ногам. Единственный из Юнайтед, кому понятно, что происходит – их голкипер, бедолага мистер Чарльз "Здоровяк" Бартон, который, спотыкаясь, выходит из ворот навстречу Макароне, подобно великану Октопалу, завидевшему орды Мормидонские".

Редактор замолк, полностью поглощённый зрелищем. Расстояние между противниками стремительно сокращалось.
- О, нет! – Воскликнул Вильям.
Толпа взревела.
- Что происходит? – спросил ассистент и занёс карандаш над бумагой.
- Ты видел? Нет, ты видел? – выкрикивал Вильям. Его волосы растрепались, казалось, редактор стоит на пороге безумия. – Макарона оббежал вокруг вратаря! Не понимаю, как профессор умудрился удержать мяч.
- Вы хотите сказать, успешно обошёл, сэр? – уточнил ассистент.
Толпа взревела. Будь этот звук видимым, он скорее всего походил бы на раскалённую добела сталь.
- Снова гол, - сказал редактор, без сил падая в кресло. – Два гола за две минуты! Нет, Макарона не обошел вратаря. Он его именно оббежал, сделал полный круг. Два раза! И, что самое странное, на втором кругу бежал даже быстрее, чем на первом.
- А, ясно, - пробормотал ассистент, не прекращая записывать. – Я однажды на лекцию ходил, про такие штуки. Ну, типа, отчего солнце не падает на Великую Черепаху и всё прочее, сэр. Называется "эффект пращи". Видимо, профессор набрал дополнительную скорость, огибая голкипера по экватору, сэр. Экватор там солидный.
- Не отвлекайся! Лучше послушай, что кричат болельщики! – прервал его редактор. – И всё запиши.
- Да, сэр. Значит, так, записываю: "Один профессор Макарона, д-р маг. (Буг.), д-р Маус (Чабб), Магстуладорум (QIS), Октавиум (Хонс), PHGK (Блит), DMSK, Мак, д-р маг. (Браз.), профессор цыплят по контракту (второй этаж, офис упаковщиков креветок, Коления), Примо Окто (Деус), профессор блит/слуд трансформации по контракту (Аль-Кали), KCbfJ, приходящий профессор теории блита (Унки), д-р маг. (Унки), Дидимус Супремиус (Унки), заслуженный профессор определений блит-субстрата (Чабб), Глава департамента Блита и Музыки (Квирмский колледж Юных леди), он оооодин такой, профессор Бенго Ма-ка-рооо-на, д-р маг. (Буг.), д-р Маус (Чабб), Магстуладорум (QIS), Октавиум (Хонс), PHGK (Блит), DMSK, Мак, д-р маг (Браз.), профессор цыплят по контракту (второй этаж, офис упаковщиков креветок, Коления), Примо Окто (Деус), профессор блит/слуд трансформации по контракту (Аль-Кали), KCbfJ, приходящий профессор теории блита (Унки), д-р маг. (Унки), Дидимус Супремиус (Унки), заслуженный профессор определений блит-субстрата (Чабб), Глава департамента Блита и Музыки (Квирмский колледж Юных леди), одииин профессор Бенго Ма-ка-рооонааа, д-р маг. (Буг.), д-р Маус (Чабб), Магстуладорум (QIS), Октавиум (Хонс), PHGK (Блит), DMSK, Мак, д-р маг (Браз.), профессор цыплят по контракту (второй этаж, офис упаковщиков креветок, Коления), Примо Окто (Деус), профессор блит/слуд трансформации по контракту (Аль-Кали), KCbfJ, приходящий профессор теории блита (Унки), д-р маг. (Унки), Дидимус Супремиус (Унки), заслуженный профессор определений блит-субстрата (Чабб), Глава департамента Блита и Музыки (Квирмский колледж Юных леди)". Извините, а разве он не оказался, как это называется, вне игры, сэр?
- Несомненно, невезучие воины Юнайтед будут настаивать именно на данном пункте, - сказал редактор. – Они уже окружили рефери, о, если бы стать мухой на стене и подслушать их разговор!
- Там нет стен, сэр.
- Похоже… - редактор замолк на полуслове. – Кто это?
- Где "кто", сэр?
- Посмотри на трибуны! Вон там, места для знати, куда нас не пригласили, должен заметить.
Как раз в этот момент солнце решило выйти из-за туч, и чашу стадиона наполнило яркое сияние.
- О, это же та микрокольчужная модель, сэр, - сказал ассистент.
Даже кое-кто из возмущённых игроков Юнайтед отвлёкся на бесподобное зрелище. Микрокольчуга сияла так, что было больно глазам, но взгляды всё равно, словно сами по себе, снова и снова возвращались к Джульетте.
- Её портрет висит у меня в спальне, - признался ассистент. – Эту девушку все искали. – Он кашлянул. – Кольчуга-то не трёт, вот в чём дело.

Теперь все футболисты, за исключением бедняги Чарли Бартона, у которого, похоже, слегка закружилась голова, собрались вокруг рефери, который втолковывал им:
- Повторяю, это был безупречный гол. Профессор повёл себя легкомысленно, жестоко, безвкусно, может быть, но в полном соответствии с правилами. Вы все видели тренировки Академиков. Футбол стал очень мобильной игрой. И он не сообщает вам заранее по семафору, что произойдёт в следующую секунду.
Другой голос неожиданно добавил:
- Считать, будто самый храбрый вратарь способен в одиночку противостоять объединённым силам целой команды – грубая ошибка.
Это сказал Орехх.
- Мистер Орехх, вам не полагается давать советы противнику, - заявил Чудакулли.
Мистер Хряккетт выглядел совершенно разбитым. Его предали команда, история и надежды.
- Похоже, нам предстоит многому научиться, - пробормотал он.
Орехха отволок в сторонку Трев.
- Вот сейчас начнутся проблемы, - предсказал он.
- О, да ладно тебе, мистер Трев. Мы справляемся прекрасно. Бенго уж точно.
- Я не следил за Бенго. Я следил за Энди, а Энди и его приятели следили за Бенго. Они подгадывали момент. Сейчас старики-футболисты попали в неприятности, и Энди возьмёт контроль на себя.
И тут Трев получил урок, почему волшебники – волшебники.
- У меня есть предложение, и я прошу вас выслушать меня, рефери. Поскольку мы в НУ ничего не понимаем в футболе, у нас был лучший шанс усвоить новые правила, чем у наших оппонентов. Следовательно, я предлагаю передать им одно очко из наших двух, - объявил Чудакулли.
- Так нельзя, сэр! – возмутился Думмер.
- Почему? Разве это против правил? – голос Архиканцлера стал более глубоким и заметно более напыщенным. – Разве добрые спортивные традиции, дружелюбие и щедрость могут быть против правил, скажите, умоляю?
Его речь постепенно набирала силу, и под конец грохотала в самых дальних уголках стадиона.
- Ну, действительно, правила этого не воспрещают, сэр. Они также не воспрещают вам заняться постирушками прямо посреди матча. Почему? Да потому что такое просто в голову никому не придёт.
- Ну и прекрасно. Мистер Хряккетт? Одно очко теперь ваше. У нас, следовательно, пока ничья.
- Какого чёрта, зачем они это делают? – спросил редактор "Таймс", когда запыхавшийся вестник принёс ему потрясающую новость.
- Очень щедрый жест.
- Зачем вы так поступаете? – спросил Думмер у Чудакулли.
- Мои резоны очевидны, Тупс. Просто я такой вот до безумия щедрый человек. С другой стороны, разве безумие - дать им понять, насколько они слабее нас? Эта мысль будет мешать им всю дальнейшую игру.
- Очень уж… хитрый ход, сэр.
- Ага, поняли? Я горжусь собой. Кроме того, у нас остаётся первый удар. Ха, не удивительно, что футбол столь популярен.
- Замечательный психологический этюд, - сказал Орехх Треву, пока они уходили с поля. – Жестокий немного, наверное, однако очень умный.
Трев промолчал. Раздался вгоняющий в дрожь свист, возвещающий возобновление игры, и сразу вслед за ним вопль рефери в мегафон:
- ДОЖДЬ С ГРАДОМ ЕРУНДА! НЕ РАСТАЕШЬ, МАЛЬЧИК, НЕ САХАРНЫЙ! ОН ЛИШЬ ВЗБОДРИТ И ОСВЕЖИТ!
- Это магия, - сказал Трев. – Разве магия не заблокирована?
- Нет, - заметил подошедший к ним Думмер Тупс, - Это всего лишь одержимость.
- Вся эта игра – сплошная одержимость, мистер Трев, - добавил Орехх.
Трев снова посмотрел на трибуны. Там, всего в нескольких футах от самого Ветинари, сияла Джульетта, рядом с ней сидели Гленда и Пепе.
"Она, наверное, богиня, - сказал себе Трев. – Ничего у нас не выйдет. Что общего может быть у богини и парня из свечного подвала?"
Нет, ничего не выйдет. Не сейчас.
А потом Бенго вскрикнул, и к его крику, кажется, присоединился каждый зритель:
- ООООООХХ!
Снова прозвучал свисток.
- Что случилось, сэр? – спросил ассистент редактора.
- Не пойму, отсюда не видно. Макарона снова взял мяч, а потом столкнулся с парой игроков Юнайтед, и все трое кучей повалились на поле.

Орехх, первым добежавший до пострадавшего Макароны, мрачно взглянул на Трева.
- Смещение коленных чашечек, - объявил он. – Нужна пара человек, чтобы отнести его в больницу леди Сибил.
Бывший Декан посмотрел на собравшихся в кучку футболистов.
- Итак, что здесь случилось, мистер Шэнк? – спросил он. Пот тёк по его щекам и капал с подбородка.
Энди мгновенно отсалютовал, на секунду приложив пальцы к виску.
- Ну, сэр, я, в соответствии с правилами, бросился вдогонку за мистером Макароной, но неожиданно Джимми Ложка, - вот он, - решил поступить также. Мы столкнулись, и в ту же секунду оказались на земле задом кверху, извините мой клатчский.
Трев нахмурился.
Выражение лица Энди не оставляло сомнений. Он врал. И знал, что врёт. И знал, что все это знают, но ему было плевать. Более того, он явно наслаждался ситуацией. На ногах Энди красовались такие тяжёлые ботинки, что к ним можно было спокойно швартовать лодки.
- Они нарочно зажали его, как мясо между кусками хлеба в бутерброде, - пожаловался Трев судье.
- Вы можете доказать своё утверждение, молодой человек?
- Ну вы же сами видели, что сталось с бедолагой.
- Да, но как вы докажете сговор?
Трев явно не понимал о чём речь, и Орехх подсказал ему шёпотом:
- Как ты можешь доказать, что всё подстроено?
- Кто-нибудь может? – спросил рефери, оглядывая игроков. Никто не мог. Трев гадал, сколько из них сказали бы правду, не стой здесь рядом Энди, улыбавшийся невинно, словно акула. – Я судья, джентльмены, но я могу судить лишь то, что видел. В данном случае я не видел ничего.
- Конечно, они нарочно так подстроили, - возмутился Трев. – Послушаете зрителей. Они всё видели!
- Да поглядите же! На них такие ботинки, что можно дуб сшибить одним ударом! – возмутился Чудакулли.
- Разумеется, Наверн, то есть, извините, капитан. Однако правил на сей счёт не существует, да и в любом случае, такие ботинки являются традиционной обувью для игры в футбол.
- Эта обувь опасна для жизни!
- Я понимаю, к чему вы клоните, но мне-то как быть, а? – ответил Генри. – Если я сейчас прекращу игру, с этого поля нам живыми не уйти. Даже если мы избегнем гнева толпы, нас неизбежно настигнет гнев Ветинари. Игра будет продолжена. Невидимые Академики могут выставить запасного игрока, а кроме того, я… - он сверился с блокнотом. – Ах, да. Я назначу свободный удар с того места, где произошёл прискорбный несчастный случай. Кроме того, я не потерплю новых подобных "случаев". Мистер Хряккетт, будьте любезны довести это до сведения вашей команды.
- К чёрту всё, это война тут, что ли? – завопил Трев. – Они только что сбили нашего лучшего игрока, и вы позволите им уйти с улыбочкой?
Однако рефери был когда-то Деканом НУ, в конце концов. Человеком, привыкшим спорить с самим Наверном Чудакулли. Он наградил Трева ледяным взглядом и отвернулся, обратившись к Архиканцлеру:
- А вы, капитан, надеюсь, доведёте до своей команды, что мои решения окончательны. Даю вам на это пять минут, а также на то, чтобы вынести бедного профессора Макарону с поля и найти ему лекаря.
- Лекарь уже здесь, - проревел чей-то голос позади них.
Они обернулись. Высокий человек в цилиндре и с маленьким саквояжем в руках приветливо кивнул присутствующим.
- Доктор Лужайка, - сказал Чудакулли. – Не ожидал встретить вас здесь.
- Неужели? – откликнулся доктор. – Да я ни за что не пропустил бы такое зрелище. Так, теперь… кто-нибудь, отволоките пострадавшего за край поля, чтобы я мог заняться им. Счёт за услуги, как обычно, направлять вам, Наверн?
- А вы не хотите забрать пациента в какое-нибудь более спокойное место? – осведомился рефери.
- Ни в коем случае! Я хочу наблюдать за игрой.
- Они вывернулись, - посетовал Трев, уходя вместе с Ореххом с поля. – Все всё поняли, но Юнайтед выкрутились.
- Остальная наша команда в порядке, мистер Трев, - утешил его Орехх, зашнуровывая ботинки. Разумеется, собственного изготовления. Они сидели на ноге, как влитые. – А ещё есть запасной игрок это я, разумеется. Буду играть изо всех сил, обещаю.

------------------------------------
[21] В этот момент университеский Мастер Музыки поспешно достал блокнот и торопливо записал: "Macarona Unum Est. Certes Macarona Est". Теперь он ждёт не дождётся возможности поскорее вернуться к своему хору.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments